Зарубежные политические теории конфликта

Политические теории конфликта

Когда речь заходит о столкновениях в обществе, психологи и социологи чувствуют себя вполне уверенно — для них это привычная область. А вот политология подходит к теме иначе. Здесь трудно отыскать самостоятельные конфликтологические учения: вопрос о противостоянии обычно вплетается в более широкие рассуждения о власти, государстве и устройстве общества. И всё же зарубежные мыслители оставили заметный след, предложив несколько крупных направлений, через которые удобно смотреть на природу политических конфликтов.

Политологов, как правило, занимают три вопроса: какую роль играют конфликты в развитии общества, откуда они берутся и как ими управлять. Любопытная деталь: труды таких авторов, как Козер, Боулдинг или Дарендорф, нередко относят к политологии, хотя по сути они ближе к социологии. Если же выделять именно политические подходы, их удобно сгруппировать в три ветви — учения о группах и структурах власти, концепции политической устойчивости и этнополитические построения. С них и начнём, только двигаться будем не по хронологии, а от идеи к идее.

Борьба элит: кто и почему держит власть

Раньше других о конфликте заговорили те, кого интересовало распределение власти внутри общества. Их объединяет мысль: люди неравны, и это неравенство рано или поздно выливается в столкновение.

Итальянец Вильфредо Парето (1848–1923) исходил из того, что поведение человека в обществе диктуют его умственные и психические задатки. Раз эти качества у всех разные, значит, и общество неоднородно. Отсюда деление на две части: массу управляемых и правящую элиту. Между ними идёт непрерывная борьба, но связаны они теснее, чем кажется. Стоит верхушке начать загнивать, как из низов поднимаются энергичные, честолюбивые люди с крепкими моральными устоями — и происходит революция. Её главный смысл Парето видел не в переустройстве мира, а в обновлении состава правящего слоя. Так запускается вечный круговорот элит.

Схожим образом рассуждал Гаэтано Моска (1858–1941), для которого ключевым было разделение общества на классы. Он выделял два: господствующий, который берёт на себя государственные функции и пользуется привилегиями, и управляемый — рыхлое, неорганизованное большинство. Власть всегда остаётся в руках первого, но в обществе постоянно зреют силы, готовые потеснить действующую верхушку. Эта смена и разворачивается как череда социальных конфликтов.

К этой же группе примыкает немецкий исследователь государства и права Франц Оппенгеймер (1864–1943). Его вывод прост и жёсток: именно право дало толчок появлению государства. Некогда часть людей силой подчинила себе остальных и закрепила своё господство, учредив особый институт — государство. С его помощью победители и удерживают всех прочих в повиновении. Формы насилия с ходом истории менялись, но суть государства, полагал Оппенгеймер, оставалась прежней.

Как удержать общество от потрясений

Ко второй ветви относятся концепции политической стабильности, оформившиеся примерно в 1960-е годы. Их авторов волновало обратное — не разжигание, а предотвращение конфликтов.

• Дж. Блондель предложил измерять политическую систему сразу в трёх плоскостях. Помимо привычной пары «тоталитаризм — демократия» он добавил радикально-консервативные взгляды, подталкивающие государство к переменам. Отдельно учёный ввёл «либерально-авторитарную ось», через которую оценивал инструменты воздействия элиты на народ — от согласия до принуждения.
• Д. Истон в 1965 году выдвинул системный анализ политической жизни, отражающий реальное устройство государства. Главную роль в выработке курса он отводил людям во власти. Конфликты, по Истону, неизбежны, однако общество гасит их собственными силами — при помощи правовых норм и неписаных правил, разрешая противоречия внутри самой системы.
• С. Липсет настаивал на разработке концепции демократической устойчивости. Он связывал вспышки конфликтов с бедностью, слабым развитием и отсутствием демократии: там, где нет этих опор, нет и стабильности. Фундаментом спокойствия социолог считал достойный уровень здравоохранения, образования и урбанизации.

Конфликт наций и линии разлома

Третье направление — этнополитическое — сложилось во второй половине 1970-х. Здесь центр тяжести смещается на противостояние народов и регионов внутри одного государства.

Широкую известность получила концепция профессора Вашингтонского университета М. Геншера. Он описывал конфликт между центральной властью, то есть правительством, и периферийными группами. Такое столкновение, по его мнению, неотвратимо при модернизации страны, особенно если та объединяет множество наций. Когда разрыв между социальными слоями растёт, модернизация идёт неравномерно, а эта неравномерность способна подтолкнуть общество и к обострению конфликта, и к революции.

Близко к нему стоит директор Шотландского международного института Т. Нейрн. Он полагал, что противостояние наций навязывается менее развитым районам более сильными обществами и социальными группами. Чтобы правящий класс мог держать общество под контролем, оно должно быть расколото — пронизано теми самыми «линиями разлома», по которым и проходит будущий конфликт.

Собранные вместе, эти три направления показывают, насколько по-разному западная мысль трактует политический конфликт. Одни видят в нём двигатель обновления элит, другие — угрозу, которую нужно гасить ради стабильности, третьи — инструмент господства над разобщённым обществом. И именно такое разнообразие взглядов делает зарубежные теории ценным материалом для понимания того, как устроена борьба за власть.